Возрастающим недовольством аристократии воспользовался сын Рудольфа, австрийский герцог Альбрехт, который не отказался от выполнения своих честолюбивых замыслов, а отсрочил его до удобного момента. Отношения обоих соперников оставались натянутыми: каждый старался вредить другому, как мог. К концу 1297 г. габсбургский заговор стал принимать весьма грозный характер. Курфюрсты королевства были озабочены оборотом, который приняла политика короля, а прочие князья с большим недоверием смотрели на сближение короля с низшим дворянством. Обе стороны собирали войска. Князья, участвовавшие в заговоре против короля, а также Майнц, Саксония, Бранденбург, отчасти Кельн и Чехия открыто обвинили короля в ряде неблаговидных поступков, низложили его и на его место избрали Альбрехта. Этот шаг был совершенно противозаконным, но далеко не беспримерным в истории Германии. Народ и большинство князей равнодушно и не трогаясь с места ожидали дальнейших последствий столкновения и собирались при нем присутствовать как при турнире двух знаменитых бойцов. Развязка борьбы последовала очень скоро: Альбрехт появился во главе сильного войска, а король Адольф был слишком доблестным рыцарем и слишком плохим полководцем, чтобы уклониться от сражения. Оно произошло при Гёльхайме (в Пфальце), у горы Доннерсберг в июле 1298 г., и, в сущности, свелось к рыцарской схватке, хотя рыцарские обычаи при этом и не были соблюдены.
Адольф Нассауский в бою.
Резьба по кости. Конец XIII в. Нюрнберг. Германский музей.
Желательно было, конечно, чтобы один из королей нашел в этом бою смерть, и с учетом этого Альбрехт многим из своих рыцарей раздал свои воинские знаки, чтобы привлечь к ним внимание противника. Уверяют, что он приказал своим рыцарям колоть лошадей у противников, что весьма вероятно. Король Адольф — «король баронов и вольных городов», как называет его один из новейших исследователей, упал с коня во время битвы, был унесен с поля в бессознательном состоянии, но, оправившись, вновь вернулся в битву, когда победа уже склонялась на сторону Габсбурга, и был убит в общей свалке. Говорят, что он пал от руки своего торжествующего противника.